Нацбанк изымает 8 триллионов, бюджет добавляет 5. Что на самом деле сказал Сулейменов на заседании правительства

25 августа председатель Национального банка отчитался перед правительством по прогнозу на 2027–2029 годы. Формально — спокойный доклад: инфляция снижается десятый месяц подряд, торговый баланс в профиците. Фактически — описание встречного движения: за год Нацбанк свяжет около 8 трлн тенге, а правительство одновременно добавит 5 трлн изъятий из Национального фонда. Третий раздел доклада — это, по сути, список условий, на которых регулятор согласен с этим жить.

Это первое публичное выступление Тимура Сулейменова после переназначения на пост председателя Нацбанка, о котором Banker.kz писал накануне. Разбираем, что в докладе сказано прямо, а что — между строк.

Первое: инфляция снижается, но остаётся двузначной

С 12,9% в сентябре прошлого года до 10,2% сейчас. Снижение идёт десять месяцев подряд.

Регулятор называет четыре причины: умеренно жёсткая денежно-кредитная политика, укрепление обменного курса, нормализация потребительского кредитования и согласованные антиинфляционные меры правительства и Нацбанка.

И тут же — оговорка, которую в докладе не спрятали: «инфляция остаётся высокой, сохраняются внешние и внутренние проинфляционные риски».

Это важная формулировка за десять дней до заседания по базовой ставке 4 сентября. Десять месяцев снижения — сильный аргумент за смягчение. «Остаётся высокой» и «риски сохраняются» — аргумент против. Доклад не даёт сигнала, и это само по себе сигнал: резких движений на сентябрьском заседании ждать не стоит.

Сколько денег Нацбанк вынимает из экономики

Здесь самая содержательная часть доклада, и она изложена сухо настолько, что легко проскочить мимо.

Зеркалирование операций по покупке золота: за семь месяцев изъято 2,4 трлн тенге, по итогам года ожидается около 4,1 трлн.

Механизм такой. Нацбанк покупает золото у отечественных производителей за тенге — то есть выпускает тенге в экономику. Чтобы этот выпуск не разгонял инфляцию и не давил на курс, регулятор «зеркалит» операцию: продаёт на валютном рынке эквивалентный объём валюты и тем самым забирает выпущенные тенге обратно. Деньги возвращаются в Нацбанк, денежная масса не растёт.

Поэтапное повышение минимальных резервных требований свяжет около 4 трлн тенге.

Минимальные резервные требования — доля обязательств банка, которую он обязан держать в Нацбанке и не может выдать в кредит. Повышение норматива замораживает деньги на счетах регулятора. В докладе прямо назван и побочный эффект: это «снизит расходы по инструментам ДКП» — то есть Нацбанку не придётся платить банкам процент за изъятие той же ликвидности через ноты.

Итого около 8 трлн тенге за год. Для масштаба: депозиты физических лиц в стране — чуть больше 30 трлн, а расходы бюджета на обслуживание госдолга за полугодие составили 2,1 трлн тенге.

Второе: то, что читатель уже почувствовал, названо целью

В докладе есть фраза, за которой стоит вся картина последних недель: «происходит нормализация кредитования населения и ребалансировка в сторону кредитования бизнеса».

Переведём с регуляторного языка на человеческий. Это те самые изменения, которые розничный заёмщик ощутил на себе:

• с середины августа банки считают доход строже — переводы между собственными счетами больше не учитываются, использованный лимит кредитной карты входит в расчёт платежа;
• доля одобренных розничных заявок в первом квартале упала с 26,6% до 21,8%, по залоговым потребительским — с 36,3% до 17,5%;
• розничная торговля непродовольственными товарами выросла за семь месяцев всего на 1,4% при инфляции около 10%, о чём Banker.kz писал 24 августа.

Ключевое: в докладе это описано не как побочный эффект, а как достигнутый результат. Кредитный кран прикрутили намеренно, и регулятор доволен тем, как это работает.

Дальше — предупреждение: «в случае нарастания рисков в отдельных сегментах кредитования будут рассмотрены дополнительные меры макропруденциального регулирования». То есть смягчения в рознице ждать не приходится, а ужесточение возможно.

Третье: 5 триллионов из Нацфонда и пять условий регулятора

Изъятия из Национального фонда на 2027–2029 годы правительство пересмотрело вверх на 5 трлн тенге.Деньги пойдут на социальную, коммунальную, энергетическую и транспортную инфраструктуру.

Вот здесь и возникает главное напряжение доклада. Нацбанк весь год связывает ликвидность — около 8 трлн за 2026-й. Правительство одновременно планирует влить дополнительные 5 трлн на трёхлетнем горизонте. Один орган жмёт на тормоз, другой — на газ.

Сулейменов не возражает. Но весь третий раздел построен как перечень условий, при которых эти деньги не разгонят инфляцию:

Приоритизация проектов по отраслям и регионам — чтобы деньги не размазались.

Заблаговременная работа с бизнесом о расширении производства. Это самый важный пункт по экономической сути. Если спрос вырос, а предложение — нет, деньги превращаются в цены, а не в объекты. Трёхлетний горизонт финансирования даёт время нарастить мощности, но только если этим заняться заранее.

Привлечение отечественных строительных компаний — чтобы средства формировали добавленную стоимость и налоги внутри страны, а не уходили на импорт.

Контроль целевого использования, в том числе с использованием цифрового тенге.

Интеграция механизмов финансирования с налоговыми органами.

Цифровой тенге как инструмент бюджетного контроля

На четвёртом пункте стоит остановиться отдельно — это, пожалуй, самое заметное содержательное новшество доклада.

До сих пор цифровой тенге обсуждался преимущественно как платёжная технология и элемент финансовой инфраструктуры. Здесь он назван инструментом контроля за расходованием бюджетных средств.

Смысл в том, что цифровая валюта центрального банка позволяет пометить деньги: программируемый тенге можно выпустить с условием, что потратить его можно только на определённые цели и только определённым получателям. Проследить путь такого тенге от бюджета до конечного подрядчика технически проще, чем движение обычных безналичных средств через цепочку счетов.

Это переводит проект CBDC из категории «удобные платежи» в категорию «бюджетная дисциплина» — и объясняет, почему у него есть политическая поддержка.

Что говорит доклад о торговом балансе

Раздел короткий: профицит ожидается на всём прогнозном горизонте, текущий счёт платёжного баланса останется стабильным — несмотря на сценарное снижение цен на казахстанский экспорт и высокий спрос на импорт.

Формулировка «несмотря на» здесь ключевая. Регулятор закладывает в прогноз два неблагоприятных фактора одновременно и всё равно ожидает профицит.

Для сравнения — фактические данные первого полугодия 2026-го: экспорт превысил 40,3 млрд долларов, внешнеторговое сальдо составило 8,9 млрд. Запас есть, но он не бесконечен: крепкий тенге удешевляет импорт, а дешёвый импорт растёт и профицит съедает.

Что из этого следует практически

Для вкладчика. Умеренно жёсткая политика заявлена как продолжающаяся, а её прямая цель названа в докладе — «поддержание привлекательности тенговых активов». Пока это так, высокая ставка по тенговому депозиту сохраняется. Но связывание 8 трлн ликвидности означает, что банкам эти деньги нужны меньше — и снижение ставок по вкладам, которое идёт с начала августа, продолжится.

Для заёмщика. Ужесточение розничного кредитования — не временная мера и не сбой. Это заявленная политика с обещанием усилить её при необходимости. Рассчитывать на возврат к прежним условиям одобрения не стоит.

Для бизнеса. Ребалансировка в сторону корпоративного кредитования названа целью. Плюс 5 трлн инфраструктурных расходов на три года с прямым указанием привлекать отечественных подрядчиков — это адресный сигнал строительному сектору и смежным отраслям.

Для тех, кто следит за курсом. Зеркалирование золотых операций означает регулярные продажи валюты Нацбанком на рынке. Это один из факторов, который держал тенге крепким весь год — наряду с торговым профицитом и притоком нерезидентов в госбумаги.

Материал подготовлен по тексту доклада председателя Национального банка Тимура Сулейменова на заседании правительства Республики Казахстан 25 августа 2026 года в Астане, в рамках рассмотрения Прогноза социально-экономического развития и бюджетных параметров на 2027–2029 годы. Все цифры и формулировки приведены по тексту доклада. Сопоставительные данные — по ранее опубликованной статистике Национального банка, АРРФР, Бюро национальной статистики и публикациям Banker.kz.