Когда закончится эксперимент с плавающим курсом?
03.09.2015
Источник:
Forbes Kazakhstan
Скачущий курс тенге
Итак, минуло уже две недели с введения плавающего курса тенге. Предполагалось, что через 5-7 дней адаптации будет найдена равновесная стоимость национальной валюты, которая станет отныне формироваться за счет сугубо рыночных факторов – спроса и предложения на тенге. Причём и правительство, и субъекты рынка почему-то изначально, до введения плавающего курса, были уверены, что равновесная цена окажется значительно ниже ранее существовавшей, чтобы обеспечить конкурентные преимущества экспортёрам.
Что же мы получили в итоге? Во-первых, мы стали жить в условиях высокой волатильности тенге. Самое красноречивое описание происходящее – это график, отображающий результаты торгов долларом на KASE с начала года. Сначала – длинная прямая, а затем судорожные скачки, которые продолжаются по сей день. Колебания 5-10 тенге в день - это уже привычно. Если так продолжится, то наша валюта рискует завоевать репутацию одной из наиболее нестабильных. А это не есть хорошо для делового климата.
Если бы знать, что после периода турбулентности ситуация вновь вернется пусть не к «прямо», то хотя бы к растянутым колебаниям, то можно было бы и потерпеть. Но сейчас, увы, происходящее не похоже на затянувшуюся адаптацию. Нужно понять, что равновесная цена – не синоним некоей стабильной величины. Конечно, хотелось бы считать, что равновесная цена – это рыночный аналог валютного коридора. Однако она являет собой не более чем результат взаимодействия спроса и предложения на конкретный момент времени. Это своего рода срез, моментальная фотография рыночной ситуации.
Переквалифицировались в либералы
Во-вторых, неопределённость возросла на порядок, поскольку непонятно, чего ждать от регулятора. Он и раньше-то был непредсказуемым, поскольку с лёгкостью менял им же самим установленные коридоры. Но теперь вообще нет даже объявленных ориентиров. Формально заявлено о невмешательстве Нацбанка в формирование курса, что выглядит очень смелым заявлением.
В действительности в мире существует не два, а три типа валютного регулирования. На одном полюсе – жёсткая привязка курса национальной валюты к стоимости какого-либо актива либо к чужой валюте. На другом полюсе – плавающий курс, который предполагает свободное взаимодействие рыночных факторов. В середине - мягкое валютное регулирование, когда государство придерживается стабильного соотношения национальной валюты с якорной зарубежной валютой или валютной корзиной в пределах определённого коридора.
Казахстан раньше жил именно в середине, но теперь мы вдруг решили сместиться на либеральный фланг, где плавает в основном крупная рыба - североамериканские и европейские валюты.
Плавающий режим априори означает повышенную уязвимость, и идут на него страны, которым принципиально важна независимость денежной-кредитной политики. А главное – они должны обладать для этого достаточно мощными финансовыми рынками и сильными финансовыми инструментами, чтобы безболезненно поглощать внешние шоки, которые случаются регулярно.
Для государств, которые такой подготовки не имеют, плавающий режим чреват повышенной волатильностью валютного рынка, уязвимостью финансовой системы и усугублением долларизации – в результате попыток субъектов экономики найти какой-то надёжный ориентир. Всё это мы сейчас и наблюдаем. В таких условиях курс на дедолларизацию, в том числе насильственную, обречены на провал, потому как ещё больше усилят степень нестабильности.
Учитывая всё это, будет ли Нацбанк и дальше проводить «политику невмешательства»? Об этом остается лишь догадываться. А это худший расклад, какой только можно представить.
В валютный омут с головой
Равновесный курс - это величина, которая складывается под воздействием спроса и предложения на валюту, которые, в свою очередь, формируются деятельностью экспортёров и импортёров.
У нас же курс тенге фактически формируют спекулятивные игры, наличие или нехватка наличности и другие факторы. Понятно, что ни о каком равновесном курсе здесь говорить нельзя. А тем более ошибочно было бы считать его ориентиром для всей экономики страны.
Нынешняя ситуация с курсообразованием не соответствует ни природе подлинно плавающего режима, ни интересам субъектов рынка, которых сейчас не устраивает сложившийся курс тенге.
Такая ситуация была вполне прогнозируемой. Ведь сейчас совершенно очевидно, что у государства не было стратегии поведения в условиях плавающего курса. Были просчитаны выгоды от девальвации как одного из следствий, но в остальном мы просто бросились в омут с головой. Сегодня происходящее похоже на эксперимент. И это очень нездоровая ситуация для бизнеса, когда субъекты рынка ощущают себя подопытными кроликами.
На наш взгляд, вопрос не в том, откажемся ли мы от эксперимента по переходу на чистый плавающий режим и вернёмся ли к мягкому валютному регулированию, а в том, когда это произойдёт.
Тимур Исаев, экономист (Астана)
Итак, минуло уже две недели с введения плавающего курса тенге. Предполагалось, что через 5-7 дней адаптации будет найдена равновесная стоимость национальной валюты, которая станет отныне формироваться за счет сугубо рыночных факторов – спроса и предложения на тенге. Причём и правительство, и субъекты рынка почему-то изначально, до введения плавающего курса, были уверены, что равновесная цена окажется значительно ниже ранее существовавшей, чтобы обеспечить конкурентные преимущества экспортёрам.
Что же мы получили в итоге? Во-первых, мы стали жить в условиях высокой волатильности тенге. Самое красноречивое описание происходящее – это график, отображающий результаты торгов долларом на KASE с начала года. Сначала – длинная прямая, а затем судорожные скачки, которые продолжаются по сей день. Колебания 5-10 тенге в день - это уже привычно. Если так продолжится, то наша валюта рискует завоевать репутацию одной из наиболее нестабильных. А это не есть хорошо для делового климата.
Если бы знать, что после периода турбулентности ситуация вновь вернется пусть не к «прямо», то хотя бы к растянутым колебаниям, то можно было бы и потерпеть. Но сейчас, увы, происходящее не похоже на затянувшуюся адаптацию. Нужно понять, что равновесная цена – не синоним некоей стабильной величины. Конечно, хотелось бы считать, что равновесная цена – это рыночный аналог валютного коридора. Однако она являет собой не более чем результат взаимодействия спроса и предложения на конкретный момент времени. Это своего рода срез, моментальная фотография рыночной ситуации.
Переквалифицировались в либералы
Во-вторых, неопределённость возросла на порядок, поскольку непонятно, чего ждать от регулятора. Он и раньше-то был непредсказуемым, поскольку с лёгкостью менял им же самим установленные коридоры. Но теперь вообще нет даже объявленных ориентиров. Формально заявлено о невмешательстве Нацбанка в формирование курса, что выглядит очень смелым заявлением.
В действительности в мире существует не два, а три типа валютного регулирования. На одном полюсе – жёсткая привязка курса национальной валюты к стоимости какого-либо актива либо к чужой валюте. На другом полюсе – плавающий курс, который предполагает свободное взаимодействие рыночных факторов. В середине - мягкое валютное регулирование, когда государство придерживается стабильного соотношения национальной валюты с якорной зарубежной валютой или валютной корзиной в пределах определённого коридора.
Казахстан раньше жил именно в середине, но теперь мы вдруг решили сместиться на либеральный фланг, где плавает в основном крупная рыба - североамериканские и европейские валюты.
Плавающий режим априори означает повышенную уязвимость, и идут на него страны, которым принципиально важна независимость денежной-кредитной политики. А главное – они должны обладать для этого достаточно мощными финансовыми рынками и сильными финансовыми инструментами, чтобы безболезненно поглощать внешние шоки, которые случаются регулярно.
Для государств, которые такой подготовки не имеют, плавающий режим чреват повышенной волатильностью валютного рынка, уязвимостью финансовой системы и усугублением долларизации – в результате попыток субъектов экономики найти какой-то надёжный ориентир. Всё это мы сейчас и наблюдаем. В таких условиях курс на дедолларизацию, в том числе насильственную, обречены на провал, потому как ещё больше усилят степень нестабильности.
Учитывая всё это, будет ли Нацбанк и дальше проводить «политику невмешательства»? Об этом остается лишь догадываться. А это худший расклад, какой только можно представить.
В валютный омут с головой
Равновесный курс - это величина, которая складывается под воздействием спроса и предложения на валюту, которые, в свою очередь, формируются деятельностью экспортёров и импортёров.
У нас же курс тенге фактически формируют спекулятивные игры, наличие или нехватка наличности и другие факторы. Понятно, что ни о каком равновесном курсе здесь говорить нельзя. А тем более ошибочно было бы считать его ориентиром для всей экономики страны.
Нынешняя ситуация с курсообразованием не соответствует ни природе подлинно плавающего режима, ни интересам субъектов рынка, которых сейчас не устраивает сложившийся курс тенге.
Такая ситуация была вполне прогнозируемой. Ведь сейчас совершенно очевидно, что у государства не было стратегии поведения в условиях плавающего курса. Были просчитаны выгоды от девальвации как одного из следствий, но в остальном мы просто бросились в омут с головой. Сегодня происходящее похоже на эксперимент. И это очень нездоровая ситуация для бизнеса, когда субъекты рынка ощущают себя подопытными кроликами.
На наш взгляд, вопрос не в том, откажемся ли мы от эксперимента по переходу на чистый плавающий режим и вернёмся ли к мягкому валютному регулированию, а в том, когда это произойдёт.
Тимур Исаев, экономист (Астана)