«Самрук-Қазына» получил 1,9 миллиарда долларов от чужих проектов. Своих в этой сумме почти нет

Фонд национального благосостояния за семь месяцев 2026 года получил 1,9 млрд долларов дивидендов от долей в совместных предприятиях — и 1,6 млрд из них дали нефтяные проекты, которыми фонд не управляет. От «Тенгизшевройла», где у фонда 20% через «КазМунайГаз», пришло 519 млрд тенге за январь — июнь, годом раньше за тот же период было 386 млрд. Рост — 34% за год. Заработано это на той самой дорогой нефти, из-за которой накануне повысила ставку ФРС США.

Из чего складывается сумма

Данные — из полугодового отчёта фонда, опубликованного 16 сентября.

Нефтяная часть — около 1,6 млрд долларов, или примерно 84% всей суммы.

Что здесь главное

Не размер, а структура. «Самрук-Қазына» — холдинг, владеющий крупнейшими компаниями страны целиком: железной дорогой, авиакомпанией, энергетикой, почтой. Но приведённые 1,9 млрд долларов — это доходы не от них, а от миноритарных долей в проектах, операционное управление в которых принадлежит иностранным партнёрам.

Двадцать процентов в «Тенгизшевройле» приносят больше, чем всё, что фонд контролирует полностью. Это не упрёк фонду — это описание устройства казахстанской экономики: главный источник валютного дохода государства формируется там, где государство владеет меньшинством.

Динамика тоже говорит сама за себя. 519 млрд тенге против 386 млрд годом ранее — прирост 34% за год, наш расчёт. Добыча за год так не растёт. Растёт цена барреля.

Связь, которую стоит увидеть

Накануне ФРС США повысила ставку — и одной из главных причин названа дорогая энергия: бензин в США подорожал за год на 27,4% и дал более трети месячного прироста цен (материал №1 этого выпуска).

Одно и то же явление с двух сторон. В США дорогая нефть — это инфляция, против которой поднимают ставку. В Казахстане дорогая нефть — это дивиденды государственного фонда, выросшие на треть, и торговый профицит в 14 млрд долларов за семь месяцев.

И отсюда же следует риск. Если ужесточение в США и крепкий доллар всё-таки притормозят мировой спрос и цену сырья, сокращение пойдёт по той же линии, по которой шёл рост, — через ту самую строку в 519 млрд тенге. Зависимость работает в обе стороны, и у неё нет запаздывания: дивиденды платятся от прибыли, прибыль считается от цены.

Почему это касается не только государства

Дивиденды фонда — часть той конструкции, из которой финансируется бюджет и, в конечном счёте, индексация пенсий, пособий и МРП. Мы разбирали проект бюджета на 2027–2029 годы: индексация социальных показателей заложена на уровне 8,5% при инфляции, которая в августе составила 9,8%. Запас прочности этой индексации — прямая функция от того, сколько государство получит от нефти.

Второй адрес — фондовый рынок. Часть компаний группы торгуется на KASE, и дивидендный поток внутри группы определяет, что достанется миноритарным акционерам этих компаний.