Две трети экономистов считают высоким риск глобальной рецессии в 2025 году
29.04.2025
Источник:
Frank Media
Россия осталась одной из немногих стран, чей медианный прогнозный рост не понизился
Две трети (60%) экономистов в почти 50-ти странах мира, опрошенных агентством Reuters, считают высокой или очень высокой вероятность спада мировой экономики в 2025 году.
Еще больше, три четвертых респондентов, уже снизили свои прогнозы глобального экономического роста. По результатам апрельского опроса, медианный прогноз составил 2,7% прироста после 3% в аналогичном опросе в январе. Так, Международный валютный фонд в апреле ухудшил свои ожидания о росте глобальной экономики с 3,3% до 2,8%.
Снижение прогнозов роста коснулось большинства — 28-ми из 48 стран, участвовавших в опросе. К исключениям относятся Россия и Китай. Медианные оценки для них сохранились на уровне 1,7% и 4,5% соответственно. По десяти экономикам, среди которых Аргентина и Испания, прогнозы немного повысились.
Никто из более 300 экономистов не заметил позитивного влияния тарифов США на бизнес-климат — 92% посчитали его «негативным», остальные «нейтральным».
Опрошенные Центробанки крупных экономик также оказались пессимистичны. Из 29 участников более 65% не ждут достижения своих целей по инфляции в этом году, чуть больше половины не рассчитывают и на следующий.
Хотя инициатор тарифов, президент США Дональд Трамп, приостановил на несколько месяцев действие самых высоких пошлин, все еще сохраняется 10%-ная пошлина, а также 145%-ный тариф для Китая, крупнейшего торгового партнера США. Кроме того, рынок не уверен о будущем размере тарифов после окончания 90-дневной паузы. «Сейчас компаниям достаточно сложно думать об июле, когда они не знают, какими будут ответные пошлины», — отметил Джеймс Росситер, глава отдела глобальной макростратегии в TD Securities. Еще труднее строить планы на более длительный период, считает он.
«Это очень сложная среда для оптимизма в отношении роста, — отметил Тимоти Граф, глава макростратегии финансовой корпорации State Street по Европе, Ближнему Востоку и Африке. — Мы могли бы избавиться от тарифов сегодня, и это все равно нанесло бы довольно большой ущерб, просто строго с точки зрения США как надежного участника двусторонних и многосторонних соглашений, начиная от торговли и заканчивая общей обороной».
«Пристегните ремни безопасности»
Отсрочка введения тарифов США не сняла угрозы мировой рецессии и вряд ли удержит рынки от дальнейшего падения, считает Иньяцио Анджелони из Института Лейбница, экс-член наблюдательного совета Европейского центрального банка. В отличие от финансового кризиса 2008 2009 годов и последствий пандемии, текущий кризис он считает «стагфляционным». Торговая война одновременно способствует инфляции, в первую очередь в США, и рецессии, подогреваемой неуверенностью на рынках, во всех остальных регионах.
Анджелони ожидает, что цены на акции продолжат падать, «особенно менее чем через месяц, когда будут опубликованы первые данные по инфляции в США после введения тарифов, и ФРС будет действовать соответствующим образом».
Обобщенный 10%-ный сбор сам по себе непомерен. Тарифы на торговлю между США и Китаем — стержнем мировой торговли — беспрецедентны… Сообщение для всех вовлеченных: держите ремни безопасности пристегнутыми, — отмечает бывший высокопоставленный руководитель ЕЦБ.
Центробанки в последние годы научились минимизировать последствия шока за счет предложения ликвидности, однако «эта безопасность в высокой степени зависит от международной кооперации — принцип, против которого яростно выступает новый хозяин Белого дома». Также Анджелони сомневается, возможна ли теперь кооперации между ФРС и Казначейством, которые раньше активно взаимодействовали во время кризисов.
Некоторые экономисты также отмечают, что торговые войны могут привести к долгоиграющим последствия. Согласно предпечатной публикации экономистов Дэвида Бакаи и Ханнес Мальмберг, долгосрочные издержки от высоких пошлин будут иметь накопительный эффект вопреки представлению о том, что издержки со временем снижаются. Тарифы увеличивают относительную цену инвестиционных товаров в сравнении с ценой труда из-за более высоких тарифов на импортные ресурсы. Это снижает спрос на капитал, его запасы, производительность, что, в свою очередь, снижает потребление и реальную зарплату.
Две трети (60%) экономистов в почти 50-ти странах мира, опрошенных агентством Reuters, считают высокой или очень высокой вероятность спада мировой экономики в 2025 году.
Еще больше, три четвертых респондентов, уже снизили свои прогнозы глобального экономического роста. По результатам апрельского опроса, медианный прогноз составил 2,7% прироста после 3% в аналогичном опросе в январе. Так, Международный валютный фонд в апреле ухудшил свои ожидания о росте глобальной экономики с 3,3% до 2,8%.
Снижение прогнозов роста коснулось большинства — 28-ми из 48 стран, участвовавших в опросе. К исключениям относятся Россия и Китай. Медианные оценки для них сохранились на уровне 1,7% и 4,5% соответственно. По десяти экономикам, среди которых Аргентина и Испания, прогнозы немного повысились.
Никто из более 300 экономистов не заметил позитивного влияния тарифов США на бизнес-климат — 92% посчитали его «негативным», остальные «нейтральным».
Опрошенные Центробанки крупных экономик также оказались пессимистичны. Из 29 участников более 65% не ждут достижения своих целей по инфляции в этом году, чуть больше половины не рассчитывают и на следующий.
Хотя инициатор тарифов, президент США Дональд Трамп, приостановил на несколько месяцев действие самых высоких пошлин, все еще сохраняется 10%-ная пошлина, а также 145%-ный тариф для Китая, крупнейшего торгового партнера США. Кроме того, рынок не уверен о будущем размере тарифов после окончания 90-дневной паузы. «Сейчас компаниям достаточно сложно думать об июле, когда они не знают, какими будут ответные пошлины», — отметил Джеймс Росситер, глава отдела глобальной макростратегии в TD Securities. Еще труднее строить планы на более длительный период, считает он.
«Это очень сложная среда для оптимизма в отношении роста, — отметил Тимоти Граф, глава макростратегии финансовой корпорации State Street по Европе, Ближнему Востоку и Африке. — Мы могли бы избавиться от тарифов сегодня, и это все равно нанесло бы довольно большой ущерб, просто строго с точки зрения США как надежного участника двусторонних и многосторонних соглашений, начиная от торговли и заканчивая общей обороной».
«Пристегните ремни безопасности»
Отсрочка введения тарифов США не сняла угрозы мировой рецессии и вряд ли удержит рынки от дальнейшего падения, считает Иньяцио Анджелони из Института Лейбница, экс-член наблюдательного совета Европейского центрального банка. В отличие от финансового кризиса 2008 2009 годов и последствий пандемии, текущий кризис он считает «стагфляционным». Торговая война одновременно способствует инфляции, в первую очередь в США, и рецессии, подогреваемой неуверенностью на рынках, во всех остальных регионах.
Анджелони ожидает, что цены на акции продолжат падать, «особенно менее чем через месяц, когда будут опубликованы первые данные по инфляции в США после введения тарифов, и ФРС будет действовать соответствующим образом».
Обобщенный 10%-ный сбор сам по себе непомерен. Тарифы на торговлю между США и Китаем — стержнем мировой торговли — беспрецедентны… Сообщение для всех вовлеченных: держите ремни безопасности пристегнутыми, — отмечает бывший высокопоставленный руководитель ЕЦБ.
Центробанки в последние годы научились минимизировать последствия шока за счет предложения ликвидности, однако «эта безопасность в высокой степени зависит от международной кооперации — принцип, против которого яростно выступает новый хозяин Белого дома». Также Анджелони сомневается, возможна ли теперь кооперации между ФРС и Казначейством, которые раньше активно взаимодействовали во время кризисов.
Некоторые экономисты также отмечают, что торговые войны могут привести к долгоиграющим последствия. Согласно предпечатной публикации экономистов Дэвида Бакаи и Ханнес Мальмберг, долгосрочные издержки от высоких пошлин будут иметь накопительный эффект вопреки представлению о том, что издержки со временем снижаются. Тарифы увеличивают относительную цену инвестиционных товаров в сравнении с ценой труда из-за более высоких тарифов на импортные ресурсы. Это снижает спрос на капитал, его запасы, производительность, что, в свою очередь, снижает потребление и реальную зарплату.